Почему гуманоидные боевые роботы пока остаются фантазией: парадокс Моравека и реалии войны

В последние годы новостные ленты заполонили ролики с гуманоидными роботами, которые патрулируют улицы, стреляют из ПТРК, штурмуют здания и сопровождают бронетанковую технику. Особенно активно в этом направлении работают китайские корпорации, демонстрируя впечатляющие достижения в сервоприводах, алгоритмах компьютерного зрения и бронированных корпусах. Военные ведомства по всему миру начинают готовить доклады о «критической массе взрыва в использовании боевой робототехники».

Теоретически концепция выглядит безупречно: в отличие от обычных БПЛА, гуманоида можно обучить ИИ имитировать деятельность солдата на поле боя. Подключенный к разведывательно-ударным контурам, такой боец должен обладать запредельной универсальностью и приспособляемостью. В демонстрационных условиях роботы действительно показывают хорошие результаты: от штурмовых действий до организации ПВО от роев дронов.

Однако объединить все возможности в работающую систему не получается. Причина кроется в парадоксе Моравека, сформулированном канадским робототехником Гансом Моравеком: машины способны на вычисления космической скорости, но не преодолевают интуитивные барьеры, доступные ребенку. За matematические модели понятий «здравый смысл», «степень риска» и понимание боевой обстановки уйти невозможно. Миниатюризация сенсоров и увеличение их числа эту проблему не решают.

Стратегический смысл создания полностью автономных боевых систем (LAWS) кроется в политической плоскости. Западные страны и Китай стремятся к «стерильным» войнам без людских потерь: роботы не требуют мобилизации, не боятся, беспрекословно подчиняются и устраняют социальное беспокойство. Это позволяет политическим лидерам решить три из четырех переменных уравнения вооруженной борьбы: убрать цену вопроса в людских ресурсах, снизить вероятность антивоенных настроений и упростить принятие решения о применении силы. Но без преодоления парадокса Моравека это остается теоретической конструкцией.